Авторы публикации
По всей видимости, вокруг Украины на международном уровне складывается негласный консенсус на продолжение войны как минимум в среднесрочной перспективе — на горизонте до двух лет. Переговорный процесс фактически поставлен на паузу: конструктивные решения отложены, по крайней мере, до осени — периода выборов в Конгресс США. При этом формальные контакты между сторонами, вероятно, будут сохраняться, выполняя скорее функцию поддержания переговорной инфраструктуры, чем достижения реальных договорённостей.
Украина получает ресурсы для продолжения войны и не демонстрирует готовности идти на уступки, тогда как Москва также не желает отказываться от своих ультиматумов. Несостоявшийся визит американской делегации в составе спецпосланника Президента США С.Уиткоффа и зятя Д. Трампа Д.Кушнера в Украину стал своего рода «лакмусовой бумагой» решения Трампа: США больше не намерены чрезмерно напрягаться и оказывать давление на Украину и Европу в части необходимости заключения сделки с Россией. США зарабатывают на кризисе, происходящем в других странах — речь идёт о сотнях миллиардов долларов за счёт поставок вооружений и роста цен на энергоносители. И поэтому не видят необходимости чрезмерно углубляться в разрешение войны на другом континенте.
Европейский Союз перешёл к институционализации долгосрочной поддержки Украины. Было достигнуто соглашение о предоставлении Киеву кредита в размере 90 млрд евро на 2026–2027 годы, а также утверждён 20-й пакет санкций против РФ. Фактически речь идёт о сложной политической сделке: с одной стороны, ЕС разблокировал масштабное финансирование для Украины, с другой — для предотвращения блокировки со стороны Словакии и Венгрии Киев де-факто пошёл на восстановление доступа к транзиту российской нефти по нефтепроводу «Дружба». Параллельно и сам 20-й пакет санкций оказался во многом «обезжиренным». На фоне напряжённой ситуации на Ближнем Востоке европейские страны не готовы предпринимать шаги, способные резко дестабилизировать энергетические рынки, в результате чего ключевые ограничения — в частности, полный запрет транспортировки российской нефти — были отложены, а сам пакет содержит ряд исключений, сохраняющих режим «серых поставок».
Также обсуждается возможность запуска газопровода «Северный поток», в частности, рассматривается вариант подачи газа по уцелевшей ветке. С учётом того, что США в начале 2026 года начали точечную корректировку санкционного режима в отношении РФ, формируется парадоксальная ситуация: при сохранении санкционного давления часть ограничений де-факто смягчается, а российская нефть — как через инфраструктуру типа «Дружбы», так и через танкерные схемы — продолжает поступать на европейские и мировые рынки. В результате Россия сохраняет доступ к экспортной выручке, которая остаётся ключевым источником финансирования продолжения боевых действий.
Для Украины кредитная программа Европейского Союза на 90 млрд евро (рассчитанная на 2026–2027 годы) в совокупности с обещанными странами НАТО около 60 млрд долларов военной помощи фактически покрывает основные критические военные и финансовые потребности на ближайшие 2 года и формирует гарантированный объём поддержки на уровне 150+ млрд долларов, без учёта дополнительных ресурсов со стороны международных финансовых институтов (таких как МВФ, Всемирный Банк) и отдельных государств. В целом в Украине фактически институционализируется режим долгосрочной войны, закрепляется модель управления, ориентированная на продолжительное противостояние. Верховная Рада в очередной раз продлила режим военного положения и мобилизации ещё на 90 дней — до 2 августа 2026 года (уже в 19-й раз с начала полномасштабной войны).
Основная позиция европейских стран отражает осторожный и прагматично-сдержанный подход к украинскому вопросу. Там не ожидают военных результатов от Украины и стремятся минимизировать собственные риски и обязательства, перенеся ключевые решения на более отдалённую перспективу. Так в Европе дают понять, членство в НАТО для Украины пока недоступно. А в условиях продолжающейся войны Украина не может рассчитывать на вступление в Европейский Союз. К тому же, сам процесс евроинтеграции не будет быстрым и потребует значительного времени, о чем заявил канцлер Германии Фридрих Мерц. Он также предположил, что Украине, вероятно, придётся смириться с территориальными потерями. Германия сейчас фактически становится ключевым финансово-военным донором в Европе для Украины.
Германия и Франция предложили предоставить Украине «символические» преимущества промежуточного статуса до вступления в ЕС без права голоса и без доступа к бюджету Евросоюза вместо ускоренного членства. Однако облегчённая версия членства будет включать статью о взаимной обороне ЕС. Предлагается, что эту статью можно сделать фактически применимой через простое политическое заявление. Но в Украине утверждают, что согласны только на полноценное вступление в ЕС.
На фоне утверждения Европейским союзом кредита в 90 млрд евро, в Украине обостряется внутриполитическая борьба между антикоррупционными структурами и президентской вертикалью власти за контроль над ключевыми финансовыми потоками и государственными институтами. В частности, в публичном пространстве вновь активизировалось «дело Миндича». «Украинская правда» опубликовала новые фрагменты прослушки, организованной НАБУ и САП в квартире близкого к Офису Президента бизнесмена Тимура Миндича, где фигурирует бывший первый помощник Президента Украины Владимира Зеленского Сергей Шефир, а также секретарь СНБО Рустем Умеров. УП анонсировали публикацию новых материалов, где, возможно, фигурируют и другие представители ближайшего окружения Президента, включая самого Владимира Зеленского. Но прямых записей с его голосом пока не представлено. В этой логике текущие публикации могут рассматриваться как элемент давления или торга в рамках борьбы за перераспределение влияния внутри системы власти. В ближайшее время ситуация может развиваться по двум направлениям. Либо произойдут кадровые перестановки и усиление роли антикоррупционных структур как форма компромисса, либо последует ответная реакция со стороны правоохранительных органов и президентской вертикали, что приведёт к переходу конфликта в более жёсткую фазу.
_______________
Европейский Союз одобрил 20-й пакет санкций против РФ и выделил Украине кредита в 90 млрд евро.
Рассчитанный на 2026–2027 годы кредит для Украины в размере €90 млрд был согласован ещё в декабре 2025 года, однако длительное время оставался заблокированным уходящим правительством Венгрии. Тогда как пакет санкций блокировала Словакия. Предметом ключевого конфликта между Украиной и Венгрией и Словакией в этот период являлся нефтепровод «Дружба»: на этот маршрут приходится примерно 86–92% импорта нефти в Венгрию и практически все поставки в Словакию. Поставки нефти по нефтепроводу были остановлены Украиной 27 января 2026 года — в день, когда РФ нанесла удар по Львовской области в районе города Броды, ориентировочно в зоне прохождения и разветвления ветки нефтепровода.
Следует отметить, что отношения администрации Владимира Зеленского с правительством Виктора Орбана в этот период были доведены до крайне конфликтного уровня. Венгрия сняла вето после победы оппозиции на выборах. Лидер победившей партии «Тиса» Петер Мадьяр заявил, что Будапешт не будет блокировать кредит Украине, при этом подчеркнув, что сама Венгрия не планирует участвовать в его финансировании.
Фактически между ЕС и Украиной состоялась политическая сделка: с одной стороны, Европейский Союз разблокировал кредит для Украины, с другой — для того чтобы Словакия и Венгрия не блокировали это решение, был де-факто восстановлен Украиной доступ к поставкам российской нефти по «Дружбе». Параллельно был принят пакет санкций ЕС, который эти страны также не стали блокировать.
20-й пакет санкций ЕС предусматривает: меры против нефтяного экспорта и «теневого флота», усиление санкций против банковской системы РФ и связанных с ней структур в третьих странах, новые торговые ограничения, а также шаги против обхода санкций через страны-посредники.
Тем не менее, решение о запрете транспортировки российской нефти в полном объёме принято не было. Оно отложено, а в санкционный пакет включены исключения, позволяющие сохранить режим «серых поставок» российских энергоносителей на европейский рынок ещё на определённое время.
В результате основное содержание пакета свелось к дополнительным ограничениям: введены меры против отдельных судов и российских ледоколов, задействованных в обходе санкций, а также ограничения в отношении компаний из третьих стран, включая структуры в Киргизии, Китае и ряде других юрисдикций. Именно эти точечные меры на данный момент и являются главным практическим результатом 20-го пакета санкций.
Кредитная программа Европейского союза на 90 млрд евро, рассчитанная на 2026–2027 годы, фактически покрывает основные критические потребности бюджета Украины на ближайшие два года. При этом важным нововведением стало то, что ЕС впервые разрешил направлять часть этой помощи на выплату зарплат военным: ранее внешнее финансирование использовалось исключительно для гражданских расходов, тогда как военные затраты Киев покрывал за счёт собственных ресурсов.
Как ранее заявил Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте, в 2026 году страны Альянса планируют предоставить Украине около 60 млрд долларов военной помощи. В совокупности с кредитной программой ЕС это формирует гарантированный объём поддержки на уровне 150+ млрд долларов. При этом общий объём внешнего финансирования будет выше: дополнительно задействуются ресурсы Международного валютного фонда, Всемирного банка, а также двусторонние кредиты со стороны отдельных союзных стран.
В целом в Украине фактически институционализирует режим долгосрочной войны, закрепляя модель управления, ориентированную на продолжительное противостояние. Верховная Рада в очередной раз продлила военного положения и мобилизации ещё на 90 дней — до 2 августа 2026 года (уже в 19-й раз с начала полномасштабной войны)
Переговорный процесс по урегулированию войны в Украине фактически поставлен на паузу.
На текущем этапе урегулирования войны в Украине все более становится очевидным, что содержательные решения переговоров отложены как минимум до осени — периода выборов в Конгресс США. При этом формальные контакты между сторонами, вероятнее всего, будут сохраняться, выполняя скорее функцию поддержания переговорной инфраструктуры, чем достижения реальных договорённостей. Ни Украина, ни Россия в настоящее время не демонстрируют готовности к принципиальным компромиссам.
Показательным эпизодом стал несостоявшийся визит американской делегации в составе спецпосланника Президента США Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера в Украину. Этот срыв можно рассматривать как сигнал: Вашингтон не намерен в текущий момент активно давить на Киев и европейских союзников в вопросе ускоренного заключения соглашения с Россией. Одновременно это отражает и перераспределение внешнеполитических приоритетов США на фоне вовлечённости в ближневосточный кризис.
На этом фоне позиция украинского руководства остаётся жёсткой. Президент Украины Владимир Зеленский фактически поставил под сомнение долгосрочную роль Дональда Трампа как гаранта возможного мирного соглашения: «Например, США говорят — президент Трамп. Президент Трамп ещё два с половиной года, а что мы будем делать потом?». Одновременно он вновь подтвердил отказ идти на ключевое требование Москвы — вывод украинских войск с Донбасса: «Они хотят, чтобы мы ушли из Луганской и Донецкой областей. Безусловно, стратегически для нас это проигрыш… мы определённо становимся слабее».
Зеленский также подчеркнул, что Украина учитывает влияние ближневосточного кризиса на приоритеты американской администрации: «Американцы заняты другим — не войной здесь, в Европе. Европа имеет меньше возможностей влияния на Россию. Но у нас свои задачи». При этом Киев продолжает поддерживать постоянный контакт как с Вашингтоном, так и с европейскими партнёрами, рассчитывая удерживать внимание к украинской повестке.
Отдельно Президент призвал не придавать чрезмерного значения несостоявшемуся визиту Уиткоффа и Кушнера, отметив: «Это нужно не нам, а им», подчеркнув готовность принять американских представителей в любой момент.
Таким образом, на текущем этапе формируется ситуация управляемой паузы: переговорный процесс сохраняется формально, но фактически заморожен, а ключевые игроки концентрируются на собственных стратегических задачах. В этих условиях вероятность быстрого выхода на содержательные договорённости остаётся минимальной как минимум до изменения политического баланса в США.
Активизация «дела Миндича».
На фоне утверждения Европейским союзом кредита в 90 млрд евро для Украины обостряется внутриполитическая борьба за контроль над властью и ключевыми институтами. 28 апреля журналист «Украинской правды» Михаил Ткач опубликовал фрагменты прослушки, организованной НАБУ и САП в квартире близкого к Офису Президента бизнесмена Тимура Миндича. Сами аудиозаписи не были обнародованы — были озвучены лишь пересказы трёх разговоров. В этих материалах фигурируют бывший первый помощник Президента Украины Владимира Зеленского Сергей Шефир, некая «Наталья» (вероятно, связанная со строительством в кооперативе «Династия»), секретарь СНБО Рустем Умеров, а также обсуждались вопросы, связанные с делом экс-вицепремьер-министра – экс-министра национального единства Украины А. Чернышова, строительством в кооперативе «Династия» и возможным влиянием на решения в оборонной сфере. Из содержания следует, что участники разговоров обсуждали поддержку Чернышова, выражали недовольство действиями НАБУ, а также затрагивали темы распределения ресурсов и взаимодействия с государственными структурами.
После публикаций Рустема Умерова вызвали на заседание парламентской следственной комиссии, а сам Ткач анонсировал новые материалы с возможным участием самого Президента Владимира Зеленского, хотя они пока не опубликованы.
Сам факт утечки записей вряд ли является случайным. Скорее всего, он происходит при участии структур, которые вели эти записи. СМИ связывают это с требованиями ЕС в контексте кредита на 90 млрд евро и необходимостью усиления антикоррупционной политики. Однако ситуация, вероятно, сложнее. Основная цель может заключаться в попытке изменить внутренний баланс власти — ослабить влияние президентского окружения на ключевые экономические потоки и силовые структуры.
Заявленные европейские реформы направлены на усиление роли антикоррупционной вертикали, снижение влияния Генеральной прокуратуры, СБУ и других институтов, а также на кадровые изменения в пользу фигур, поддерживаемых ЕС и антикоррупционной средой. Аналогичные процессы могут затронуть и ключевые сектора экономики, прежде всего энергетику и военно-промышленный комплекс. Также нельзя исключать, что утечки связаны с подготовкой возможных подозрений в отношении представителей бывшего руководства Офиса Президента.
Параллельно это может быть связано и с более широким контекстом войны и мирного процесса. После решений ЕС о выделении значительных финансовых ресурсов и подтверждения масштабной военной помощи Запада, Украина получила ресурсную базу на ближайшие два года, что снижает стимулы к уступкам в переговорном процессе. Москва также не демонстрирует готовности к компромиссам, и формируется ситуация затяжной войны. Однако такой сценарий устраивает не всех. На этом фоне утечки могут рассматриваться как инструмент давления на Президента и его команду с целью ослабления их позиций и повышения управляемости — в том числе для возможного переформатирования переговорного процесса и отношений с США. При этом прямых доказательств, включая записи с участием Президента, пока не представлено: в публичном поле присутствуют лишь пересказы и намёки, которые могут рассматриваться как сигналы давления.
В ближайшее время ситуация может развиваться по двум направлениям. Либо произойдут кадровые перестановки и усиление роли антикоррупционных структур как форма компромисса, либо последует ответная реакция со стороны традиционных правоохранительных органов и президентской вертикали, что приведёт к переходу конфликта в более открытую фазу.
Франко-немецкая концепция промежуточного статуса Украины в ЕС.
Германия и Франция предлагают Украине промежуточный статус на пути к членству в ЕС, предполагающий постепенную интеграцию без полного набора прав. Такой формат носит во многом политический и символический характер, позволяя продемонстрировать поддержку Киеву без немедленных финансовых и институциональных обязательств. Речь идёт о моделях, при которых Украина сможет участвовать в институтах ЕС, но без права голоса и доступа к ключевым финансовым инструментам( в целом такая модель может рассматриваться).
В немецком варианте это «ассоциированное членство» с участием в саммитах без влияния на решения; во французском — модель «интегрированного государства», где доступ к таким механизмам, как Общая аграрная политика и политика сплочённости, откладывается до полноценного вступления. Обе концепции подаются как ускоренный путь к членству, который можно реализовать политическим решением. При этом внутри ЕС по-прежнему отсутствует консенсус относительно ускоренной интеграции Украины.
Ранее Европейская комиссия предлагала модель постепенного членства, при которой Украина формально становилась бы частью ЕС, но без доступа к ключевым правам и фондам с их последующим поэтапным предоставлением. Однако большинство стран-членов выступили против такой логики, опасаясь включения Украины в бюджетные и институциональные механизмы без завершения полной процедуры вступления. На этом фоне инициативы Германии и Франции фактически представляют альтернативный подход — институциональное сближение без предоставления прав и ресурсов.
В рамках обсуждаемого промежуточного статуса также рассматривается возможность распространения на Украину отдельных элементов взаимной обороны ЕС. Формально такие обязательства не являются автоматическими и оставляют странам свободу выбора формы участия, однако политический риск давления сохраняется — особенно с учётом финансовой зависимости Украины и возможного усиления угроз на восточном фланге ЕС.
В то же время в Украине подобные компромиссные форматы не поддерживаются. Президент Владимир Зеленский подчёркивает, что Украина не рассматривает варианты членства без полноценного участия в принятии решений, указывая, что страна «защищает Европу не символически, а реально», что, по его мнению, должно быть основанием для полноправного членства.
Украина вошла в топ-7 стран с наиболее высокими расходами на оборону.
Согласно новым данным Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI), мировые военные расходы в 2025 году достигли $2887 млрд, что на 2,9% больше, чем в 2024 году, однако это значительно ниже роста на 9,7% годом ранее. Замедление связано со снижением военных расходов США до $954 млрд (–7,5% к 2024 году) на фоне отсутствия новых пакетов военной помощи Украине, что контрастирует с предыдущими тремя годами, когда было одобрено в общей сложности $127 млрд.
При этом расходы выросли на 14% в Европе (до $864 млрд) и на 8,1% в Азии и Океании. Военные затраты остаются высоко концентрированными: на 15 крупнейших стран приходится $2304 млрд, или 80% мировых расходов. Двенадцать из них увеличили свои бюджеты, снижение зафиксировано лишь в США, Великобритании и Израиле. Совокупные расходы пяти лидеров — США ($954 млрд), Китая ($336 млрд), России ($190 млрд), Германии ($114 млрд) и Индии ($92 млрд) — достигли $1686 млрд, или 58% мирового объёма, при этом на США, Китай и Россию приходится 51%.
Германия в 2025 году вышла на 4-е место в мире с $114 млрд, увеличив расходы на 24% — это уже третий подряд год двузначного роста. При уровне 2,3% ВВП военное бремя Германии впервые с 1990 года превысило 2%, а к 2029 году Берлин планирует довести его до 3,5% ВВП. За последнее десятилетие региональная структура расходов изменилась: доля Америки снизилась на 5,5 п.п., тогда как доля Европы выросла на 11 п.п. В 2025 году на страны Америки приходится 37% мировых расходов, на Европу — 30%, Азию и Океанию — 24%, Ближний Восток — 7,6%, Африку — 2%.
Страны второй части топ-15 демонстрируют наиболее высокие темпы роста: Испания увеличила расходы на 50%, Польша — на 23%, Италия и Украина — на 20%. Украина с показателем $84 млрд занимает 7-е место в мире, её доля составляет 2,9% глобальных расходов, а военное бремя достигает около 40% ВВП — это максимальный уровень в мире. Для сравнения, в России этот показатель составляет около 7,5% ВВП. С 2016 года военные расходы Украины выросли на 1501% (с 3,7% ВВП).
В целом данные SIPRI показывают замедление глобального роста расходов при смещении центра военной активности из США в Европу и Азию. Война в Украине остаётся ключевым фактором перераспределения нагрузки на европейские экономики, закрепляя переход к долгосрочной модели наращивания военных бюджетов. Европа демонстрирует опережающий рост, во многом за счёт Германии, которая становится ключевым финансово-военным донором для Украины.
Украина, в свою очередь, оказывается в состоянии долгосрочной внешней военной и финансовой привязки. Страна фактически стала системно зависимой от внешних поставок вооружений и финансирования обороны, что отражается в динамике расходов и их доле в ВВП. В результате формируется модель, при которой военное потребление поддерживается извне, а внутренняя экономика всё больше ориентируется на обслуживание этой системы, усиливая зависимость от политических решений внешних партнёров.
Боевые действия.
Россия пытается активизировать наступательные действия по всей линии фронта, однако темпы продвижения остаются ограниченными. За последнюю неделю войска РФ захватили около 25 кв. км украинской территории и в настоящее время контролируют 116 830 тыс. кв. км (19,35%).
Харьковская область. Российские силы нарастили активность в приграничных районах, в частности в Великобурлуцком направлении. Также фиксируется продвижение к северу от Купянска — в районе Синьковки. При этом ситуация вокруг Купянска остаётся нестабильной: ранее ВСУ удалось частично отбросить российские войска и нарушить их логистику, однако российское присутствие в этом районе сохраняется.
Донецкая область. Наиболее интенсивные боевые действия продолжаются в районе Покровска и Мирнограда, где российские войска добились тактического продвижения. Одновременно сократился так называемый «мешок» в районе Светлого к северу от Мирнограда, что частично снизило риск окружения украинских подразделений. Также отмечается продвижение российских сил восточнее Константиновки.
Лиманское направление. Идут бои в районе населённого пункта Озёрное. Село частично находится в «серой зоне», при этом основная часть территории остаётся под контролем ВСУ.
Сумская область. Активизация боевых действий фиксируется в приграничье — в районе села Таратутине (Краснопольское направление). Бои ведутся на восточных окраинах населённого пункта, что указывает на попытки расширения зоны давления в этом секторе.
Украина занимается укреплением глубокоэшелонированной обороны на северном направлении. Начальник инженерных войск Командования сил поддержки ВСУ Василий Сиротенко сообщил, что ВСУ приступили к созданию сплошной линии обороны от Киевского водохранилища до Сум. При этом за этой линией фактически остаются Чернигов, большая часть Черниговской области и значительная часть Сумской области.
Ближневосточный кризис: блокада Ормузского пролива становится главным барьером для сделки между США и Ираном.
Ситуация на Ближнем Востоке выходит в фазу переговорного тупика, где ключевым узлом противоречий становится вопрос морской блокады Ирана со стороны США. Переговоры фактически уперлись в базовое расхождение позиций: Тегеран требует снятия блокады как предварительного условия для любых дальнейших шагов, тогда как Вашингтон настаивает на заключении полноценной сделки до её отмены. Иран предлагает поэтапную схему урегулирования: на первом этапе — прекращение войны и гарантии ненападения на Иран и Ливан, на втором — обсуждение режима функционирования Ормузского пролива, и только на третьем этапе — возвращение к ядерной сделке. Также предлагается продлить перемирие на длительный период в случае отсутствия окончательных договорённостей. Стороны исходят из разных логик: Иран предлагает сначала снизить уровень конфликта и только затем переходить к ключевым вопросам, тогда как США требуют решения стратегических вопросов заранее.
В дальнейшем возможны несколько сценариев развития ситуации. США могут пойти на частичное снятие блокады в обмен на ограниченные шаги со стороны Ирана, что позволит продолжить переговоры, но без гарантий результата и с усилением позиций Тегерана. Альтернативно Вашингтон может сохранить блокаду, рассчитывая на экономическое давление, однако её эффективность остаётся спорной из-за возможного обхода ограничений и внешней поддержки Ирана, при этом сохраняются риски эскалации вплоть до ударов по американским силам в регионе. Наконец, не исключается и возобновление военных действий как инструмента давления, несмотря на прежние ограничения этого сценария — сложность нанесения решающего поражения Ирану, высокие издержки и фактор приближающихся выборов в США.
Руслан Бортник, Оксана Красовская
для Украинского Института Политики
Друзья, напоминаем, что заказать дополнительные:
Weekly Intelligence Brief, B. Geopolitical Risk Reports Executive Briefings по интересующим вас вопросам Вы можете обратившись на имейл: uiamp2012@gmail.com или по телефону: +38 093 757 7565.
